Следите за новостями:

Игорь Лысов – о столичном и провинциальном театре, актёрах и премьерах

Хочу, чтобы в Кирове был театр, который имеет собственный почерк

20.11.2023 12:13

3761

  Мария Веселкова
Игорь Лысов – о столичном и провинциальном театре, актёрах и премьерах

Художественный руководитель Кировского областного драматического театра Игорь Лысов – яркий представитель современной элиты российского театрального сообщества. Его плодотворная деятельность неразрывно связана с режиссурой, драматургией, педагогикой, фотографией, актёрским и сценарным мастерством. Режиссёр руководил театрами в России и Эстонии, поэтому не понаслышке понимает отличия между столичной и провинциальной сценой. Прошло почти два года, как мастер принял бразды правления труппой нашего драмтеатра в свои руки, и за это время он успел зарекомендовать себя, как блестящий педагог, непревзойдённый постановщик, справедливый руководитель и настоящий профессионал. Игорь Владимирович стремится совершенствовать и развивать театральное искусство в городе, ратует за увеличение энергии духовной культуры населения Вятки, а благодарная кировская публика с восторгом принимает его новые спектакли.

Какой он, столичный театр, сегодня?

– Сегодня в столичных театрах совсем забыли про искусство. Есть отдельные спектакли мощнейшие, добротные, но почти все они построены на визуальном ряде. В последние годы я просто не видел, чтобы открылся занавес, и на довольно скупой декорации играли блестящие актёры. Такого нет. Почему так всё произошло? Отвечу. Когда рухнул Советский Союз, нужно было что-то предложить миру. И этим предложением стала полная свобода.

Помню, как сидел у Васильева в подвале первой студии Мейерхольда на Поварской, где проходили наши занятия. Как мы все радовались, что сейчас вдруг всё откроется, появятся невероятные возможности и простор для творчества. Ожидания не оправдались, на театральную сцену потоком хлынули специфические политические и эротические вещи. Каких-то спектаклей-откровений, искусства я не видел. А после и вовсе посыпались карикатуры, светские расследования, оголения социальных явлений общества. Все они были однобокие, созданные от злобы, а не от правды. Тогда появились группы режиссёров, которых прозвали «Тридцать сребреников». В один момент все эти деятели стали распространять своё видение и разъезжаться по России. Они пришли революционно, перевернули всё, и театр заблудился. Именно эти люди перестали ориентироваться на актёров, даже стали их не любить. Актёр превратился в обычную функцию. Как в кино – там он лишь часть изобразительного впечатления, часть кадра, а ведь в театре это всегда было единственное ценное существо. Публика не приняла новую драму, но это веяние оставило неизгладимый след. Да, эти постановщики не создали своего театра, как это сделали Горький и Чехов, но время для совершенствования было упущено.

За последние тридцать лет Москва научила своих зрителей совершенно другому. Во-первых, естественно, там разнообразие и бесконечный выбор спектаклей на любой вкус. Во-вторых, московские залы не пустуют, потому что там обязательно есть один или два актёра, которые играют в сериалах, и человек идёт смотреть на них, как на зверинец. Медийность артистов вышла на первый план при выборе постановки. В столице просто напросто забыли о душе, о высоком, о настоящем театре для думающих зрителей. К сожалению, репертуар любого учреждения культуры там ориентируется на кассу, нежели на высокое искусство, о котором говорили Станиславский, Товстоногов, Фоменко, Мейерхольд...

Какие провинциальные театры способны составить конкуренцию столичным?

– Были большие попытки привезти столичный театр в провинцию, но ничем хорошим это не закончилось. В Москве видели всё от талантов до бездарностей. Провинциальные театры тоже это лицезрели, но больше в человеческом плане. Немного храмов Мельпомены в стране, которые по праву могут представлять Россию на театральной карте мира. В советское время их вообще было не больше трёх, а вот в перестройку такие действительно стали появляться. Сегодня я знаю два театра, которые гордо несут звание «театр» – это «У моста» и «Коляда-театр». Их художественные идеологии совершенно не схожи с моими, но не признать и не отдать дань этому труду невозможно. Конечно, это авторские театры, но там есть школа. Пожалуй, это и есть главная ценность структур, основа их крепкого положения в театральном мире. Когда я работал с актёрами из этих театров, то своими глазами видел, какая у них мощная школа и амбициозное непринятие любой другой. Именно такие учреждения с непоколебимым авторитетом лидера и составляют основную конкуренцию столице.

Мы сейчас проживаем время, в которое публика хочет чего-то настоящего. Есть зрители, которые приходят на спектакли похохотать, но большинство ищет в театре жизнь. К сожалению, сегодня всё утеряно, отсутствуют критерии, потому что в провинциальных театрах нет художественной идеологии. Это самое важное, чем отличается театр столичный от провинции. Директора заточены на стратегию, а дальше тактика. Как подобран репертуар – непонятно, как его разнообразить – тоже неясно. Я понимаю, что получу массу оппозиции, но театр должен быть авторский, пусть даже в виде труппы. Она может быть лидером в наше социальное, финансовое и художественное время. Я люблю театры, которые имеют свой почерк.

С какими трудностями вы столкнулись в Кировском драматическом театре?

– С первых дней работы в нашем театре, я наблюдаю, как он непрерывно растёт, развивается и совершенствуется. Моя работа связана исключительно с труппой. Поэтому и упор я делаю на создание целостного, слаженного и думающего актёрского состава. Это довольно сложно, даже потому что все артисты учились в разных городах, у всех были свои школы и мастера. Но меня однозначно радует, что все они крайне одарённые люди.

Пусть ты закончил не самый серьёзный вуз, но там тебя мог вести мощный учитель. Сегодня не идут к мастеру, все стремятся просто поступить в «театральный», забывая, что дальше придётся трудиться самому, найти место под солнцем и работать в поте лица. Я всегда испытываю гордость, когда вижу кого-то из труппы на мастер-классах заезжих педагогов. Обязательно нужно посещать такие активности, чтобы напитаться чем-то новым. Жаль, что в провинции нет таких профессиональных обменов опытом, когда ты приходишь и месяц осваиваешь серьёзные направления творчества, занимаешься с настоящими специалистами. В этом плане провинциальный театр страдает отсутствием образования. Корочки есть, а дисциплина и понимание, что такое театр, отсутствуют.

В нашем театре я делаю третью постановку, но не могу сказать, что школы актёрского мастерства позволяют всем слышать воздух этих спектаклей. Приходится всё время направлять. В этом смысле мне не нравится, что режиссёра в провинции считают лидером, учителем, помогающим. Получилось, что я практически очень мало занимался режиссурой, я занимался педагогикой. При том каждый отдельный актёр – это одарённый, замечательный и способный человек. В этом и заключается основная трудность в работе с коллективом. Я хочу, чтобы эта труппа дышала «своим» воздухом в унисон.

Как можно решить эту проблему?

– Чтобы стать режиссёром в труппе, нужно поставить пять, шесть, семь спектаклей, минимум три года работать как педагог, а во многих случаях просто как учитель. Как только удастся сложить труппу, она самостоятельно сможет взращивать материю спектакля, а мне останется лишь заниматься режиссурой. Меня не интересует освоение всего мирового пространства, меня интересует освоение собственного актёрского состава.

Для достижения этой цели только за прошедший год мы пригласили уже четвертого режиссёра. Я чётко понимаю, кого нанимаю. Эти постановщики разные, они отличаются от меня, что-то ставят лучше, создают то, что я не умею или делаю плохо. Также для наших артистов я придумал занятия по хоровому пению. Мы пригласили потрясающего хормейстера Татьяну Хондолиди, потому что хор – это панацея для соития талантливых слухов. Театр пошёл и на мою смелую задумку по организации обучения традиционным китайским практикам для актёров – цигун, ведь я хочу, чтобы труппа была здорова и морально, и физически. Главное, что мы не устраиваем никакой конкуренции, все работают, и мягко, не плёткой, заставляем внутренность актёра работать над культурой игры. Я предъявляю претензии к игре, как если бы каждый мой артист был звездой. В театре меня не волнует его мнимое признание, я добиваюсь успеха труппы у самой себя.

Какой стратегии вы сейчас придерживаетесь и чего хотели бы добиться в итоге?

– Провинциальные театры, сколько бы их ни было в городе, должны обслуживать большое количество населения. Не спорю, но я хочу, чтобы в Кирове был театр, который имеет собственный почерк. Он может играть многое, потому что здесь разноплановые актёры, с ними можно составить действительно интересный репертуар. В последних спектаклях несколько артистов меня просто удивили своими возможностями, я даже не предполагал, на каком уровне мастерства находится мои художественные единицы.

Я очень люблю провинциальный театр, но я не терплю ужасные репертуары, поэтому здесь выступаю в качестве стратега, который поведёт свою труппу по верному пути. Где-то нужно актёра приопустить, чтобы поднять в следующей роли. Моя самая большая мечта, чтобы после посещения наших постановок зритель уходил и радовался, что он живёт в Кирове, а не в Москве. Тогда и вокруг театра будут появляться новые места для людей, которые хотят после спектакля выпить чашку чая, обсудить увиденное, будут наполнены энергией любви и созерцания.

Я хотел бы сделать драмтеатр местом притяжения интеллигентной и подготовленной публики. Для этого, на мой взгляд, в театре не должно быть клановости и неприемлема бесконечная смена главных режиссёров и директоров. Мне в этом плане повезло, мой директор – профессиональный и грамотный менеджер. Город и регион улучшается за счёт стратегии и тактики его руководства, а увеличивает энергию духовной культуры населения именно театр.

Я не претендую на знание, которым должны обладать руководители, но считаю, что культуру должно воспитывать, нужно финансировать, развивать и вкладываться в определённых мастеров, фанатиков. Никогда ничего не вырастет на пустом месте, культура может появиться в человеке, обладающего верой, сытого и здорового внутри. Сегодня тенденция культуры России заключается в том, чтобы широко копать в разные стороны, но я предлагаю не копать окопы, а рыть колодец, где вода.

Какие итоги вы можете подвести после первых лет работы в кировской драме?

– Мне грех жаловаться, потому внимание к нашему театру прекрасное и бесконечное. Я вижу, как все вышестоящие руководители с большим вниманием и с огромной помощью работают вместе с нами в этой области. Мало того, что помогают, они ещё и не мешают. Поэтому мы имеем невероятные результаты: с успехом и аншлагами презентовали шесть новых спектаклей, провели два фестиваля «На семи холмах», обновилась труппа, в театре постоянно проводятся разнообразные мероприятия, жизнь кипит. Город начинает говорить о Кировском драматическом театре.

Вы не поверите, но в первые месяцы моей жизни на Вятке таксисты задавали мне вопрос: «А где эта драма?». Сегодня же внимание беспредельное, это видит труппа и становится другой, потому что она слышит внимание кировчан к нашей деятельности. Я постоянно экспериментирую, подбираю подходы к работе с актёрами, приглашаю новых режиссёров, рискую – могу себе позволить. Наконец-то у меня появился директор, который точно понимает, что мне нужно, и делает всё, чтобы это было обеспечено финансово. Мы из разных поколений, даже взгляды на всё у нас разные, но мы оба оказались строителями. И я уверен, что два строителя договорятся. Когда в лодке сидят два гребца, они гребут такт в такт, дыхание в дыхание. Постепенно мы меняем культурную философию. Подбираем активных, деятельных личностей в нашу команду и никогда не останавливаемся в поиске улучшения всех сфер деятельности нашего театра. Сегодня я могу и хочу помогать, нельзя допускать, чтобы это чувство во мне задохнулось. Это единственный способ жить!

Фото из личного архива Игоря Лысова.

Подписывайтесь на наш телеграм-канал. Оперативная информация в удобном формате.

Подпишитесь на нас в: Google Новости Яндекс Новости